Сауле Сулейменова, художник: «Пятьдесят оттенков целлофана»

— В 2014 году, обдумывая своё участие в ежегодном фестивале Артбатфест, меня озарило — благодаря поддержке Игоря и Владислава Слудских — что я могу использовать целлофан, а точнее, пластиковые пакеты. В то время я часто ездила в Астану из Алматы и обратно и часто на поезде. Проезжая по нашей бесконечной степи, я все хотела поймать то самое торжественное время — когда цветут тюльпаны. Когда же я, наконец, это увидела, то меня поразило, что среди цветущего красно-зеленого моря везде валяются пластиковые бутылки и пакеты! Степь — этот символ Казахстана, наша гордость, то, с чем ассоциирует себя каждый казахстанец, хотя бы потому что она везде, на самом деле завалена пластиковым мусором. Целлофановые пакетики летают по степи, болтаются, прикрепившись к травинкам, или лежат на земле, смешавшись с грязью. И не растворяются! Никуда не исчезают! Вот они — символ нашего времени!

Каждый день, когда мы что-то покупаем в магазине, неважно хлеб или одежду, да что угодно, нам дают пластиковый пакет, «маечку» или плотный, «фирменный», яркий. В каждом доме на кухне под раковиной лежит пакет с пакетами, бабушки хранят яркие плотные пакеты по многу лет, ходят с ними за покупками.

Поначалу, когда я стала искать различные способы как использовать пакеты, я обнаружила, что этот пластик ну никак ничем не клеится, только при высокой температуре плавится и только так может прикрепиться к другому пластику. Так что мне пришлось использовать клеевой пистолет и полигаль (плотные прозрачные пластиковые листы).

С одной стороны это мусор, но если подумать, что этот так называемый мусор никогда не исчезнет, то можно представить что пластик — это кусочки золота, драгоценных металлов или нефтепродукта. Они становятся такими для меня в живописи, в моей целлофановой живописи.

В пластиковых пакетах можно найти все оттенки цвета, от прозрачных, белых, всех оттенков радуги до множества оттенков чёрного. Также как и огромное количество смыслов в словах из рекламных слоганов, названий брендов и другой информации, напечатанных на них. Всё это наша жизнь, такая разная, горькая и сладкая, смешная и страшная, красивая и уродливая.

И я начала делать степь. Степь во все времена года, в её разные состояния. Степь как символ, как начало начал, как верх и низ, как горизонт, как Небо и Земля.

И степь переходит в город и в людей в нем.

И об этом выставка «Somewhere in the Great Steppe/Устоять бы на ветре, прочищающем рёбра», которая проходит с 17 февраля по 23 марта 2017 года в Aurora Space в Алматы.

В 2014 году мою самую первую пластиковую работу купили в одну авторитетную частную коллекцию (не могу назвать имя), я в первый раз показала целлофановую живопись на Артбатфесте в Алматы, эта пабликарт инсталляция была выставлена на улице и была разбита. Позже в том же году, я сделала ещё одну уличную инсталляцию, которая тоже была уничтожена кем-то. В 2015 году я поехала в Венецию и участвовала в проекте Why Self со своей целлофановой живописью «Апа на корове» и «Три невесты» в рамках венецианского биеннале современного искусства. Позже эти же работы приняли участие в Астана артфесте. В том же году на Артбатфест мы с помощью группы волонтёров сделали Келин 6х4 метра из пластиковых пакетов. Она висела на Арбате в Алматы в период проведения фестиваля. В том же 2015 году меня пригласили создать пабликарт проект в новом кампусе АУЦА, американском университете Центральной Азии в Бишкеке. Мы его делали со студентами АУЦА. Эта работа была приобретена университетом и висит там до сих пор.

В 2016 году я занималась своими другими проектами AstanaLine и Точка сборки и только в конце прошлого года я, благодаря поддержке арт-менеджера Тогжан Сакбаевой, решила вернуться к целлофановой живописи. Результатом работы последних месяцев стала выставка «Somewhere in the Great Steppe».